Семенов
Год рыболова



Мануил Семенов
Год рыболова

От автора

Художник И. Семенов
Испытывая необыкновенное волнение и трепетную робость, берусь я за этот труд. И будучи с младенческих лет человеком вполне добросовестным, обязан правдиво объяснить читателю, чем вызваны эти чувства.
Происхождение их таково.
1. Горячо любимый мною чешский новеллист Карел Чапек в свое время написал книгу «Год садовода» Я прочитал это чудесное произведение только один раз, но поэтические и юмористические образы Чапека запечатлелись в моем сознании навсегда И как часто бывает, мне захотелось написать нечто похожее. Тут вот и начались мучительные сомнения
Правомерно ли, что наряду с уже существующим и всемирно известным «Годом садовода» появится еще и «Год рыболова»? Как можно расценить в данном случае поступок автора с этической и юридической точек зрения? Не совершает ли он правонарушения, подлежащего немедленному и категорическому пресечению?
Конечно, следовать хорошим примерам никому не возбраняется Больше того: такое подражание наше общество всемерно поощряет и приветствует Чем больше у нас будет Гагановых, Мамаев и Гиталовых, тем лучше. Но одно дело повторять приемы, методы работы известного новатора промышленности или сельского хозяйства и совсем другое дело…
Короче говоря, не достаточно ли нам и одного «Года садовода»? А то, неровен час, вслед за «Годом рыболова» появятся еще «Год птицелова», «Год охотника», «Год собаковода» и всякие иные «годы». Ведь как утверждает народная молва, заразительны не только хорошие примеры, но и дурные…
2. Сомнения вызывал сам материал будущей книги – крайне неустойчивый, можно сказать, эфемерный, неуживчивый и, во всяком случае, трудно поддающийся строгой классификации. Я имею в виду фигуру современного рыболова-любителя Можно ли втиснуть его бурную и зачастую лишенную всякой логики деятельность в тесные рамки календаря?
Кто из вас не видел сидящего на краю чудом сохранившейся полыньи рыбака, который пытается в стужу и пургу промышлять летними поплавочными удочками? А разве не встречали вы знойным летом, когда всюду пропасть малька всех пород и видов, рыболова-экспериментатора, который прилаживает на снасточку спиннинга кильку пряного посола производства Латвийского совнархоза?
Да и вообще крайне экспансивная, полная самых противоречивых импульсов натура рыболова – предмет ли это для ограниченного строгими календарными сроками описания? Кто знает, в какое время года фантазия человека с удочкой достигает наивысшего развития и когда она затухает?
Вот какого рода сомнения терзали душу автора перед тем, как он сел за. письменный стол И если автор все-таки взялся за книгу, написал ее, это можно объяснить только одним обстоятельством. Дело в том, что сам он относится к разряду отчаянных людей, которые упорно пытаются соблазнить килограммового окуня обыкновенной, вырванной из кофточки жены красной шерстин-кой или вывести на песчаную отмель богатыря сазана с помощью капроновой лесы-паутинки сечением в одну десятую миллиметра
Следует сделать еще одну оговорку.
Как известно, в работе над «Годом садовода» Карелу Чапеку помогал его брат Йозеф Чапек, художник-карикатурист На такую помощь со стороны своих братьев я рассчитывать не мог: хотя они и рыболовы, но рисовать решительно не умеют.
Участь автора была бы совершенно плачевной, если бы у него не было старого друга, закаленного во многих рыболовных баталиях замечательного художника Ивана Максимовича Семенова Он тоже рискнул и, значит, разделяет вместе