уловом. В противном же случае – раскисают, как снеговая баба во время оттепели, и от их нудного брюзжания становится тошно.
Еле-еле, как бы нехотя, зарождается ноябрьский денек. Монотонное грязно-белое небо низко повисло над землей, едва не касаясь верхушек высоченных и прямых, словно свечки, со слегка припущенной молодым снежком вечнозеленой кроной сосен, расположившихся обособленной группой на обрывистом берегу. Но, несмотря на кажущуюся хмарь, вокруг все же светло. Светло от свежевыпавшего мягкого снега и светло на душе у людей, открывших сегодня свой очередной рыболовнозимний сезон. А уж по льду пополз слушок, что где-то там, на плесе, мужик вытащил двухкилограммового леща, внеся тем самым некоторое смятение в ряды нетерпеливых и понуждая еще пристальнее гипнотизировать поплавки более опытных и верящих в свою счастливую лунку рыболовов. Мало-помалу начинает активно брать подлещик, заставляя любителей все чаще и чаще шить. Этим кратким глаголом обзывается процесс вываживания рыбы на зимнюю поплавочную удочку. И действительно, если посмотреть со спины на такого швеца, создается впечатление, будто он и впрямь что-то шьет длинными нитками, высоко взмахивая руками.
Но тут над притихшим белым простором раздается протяжный громкий сигнал: «Гори-и-ит»! – и все находящиеся поблизости, забыв про поплавки, дружно поворачивают головы с разинутыми ртами. Вскочив с ящика, точно подброшенный пружиной, из толпы вырывается рыболов и спешит к слегка кивающему на длинной пружинистой полоске стали, трепещущему под ветерком красному флажку подледной жерлицы. Начинающий всегда после выстрела несется пулей, топая по неокрепшему гулкому льду, словно застоявшийся жеребец. Бывалый же, сохраняя солидность и изображая на лице напускное безразличие, идет не спеша, хотя, забывшись, нет-нет да и засеменит ногами, а на обратном пути под молчаливые восторженно-завистливые взгляды лещатников нарочито медленным шагом протриумфирует мимо них к своему ящику, небрежно помахивая по ходу забагренной за нижнюю челюсть солидной добычей, сохраняя все то же непроницаемое спокойствие. И хоть бы улыбнулся, черт, краешком рта. Но я-то знаю – внутри у него все ликует

ЗИМНЯЯ ЖЕРЛИЦА

Применяется эта снасть в течение всего периода ледостава с переменным успехом – в зависимости от воздействия внешних факторов, оказывающих зимой на рыбу более существенное, нежели летом, влияние. Обладателями жерлиц являются те кружочники и спиннингисты, которые и в зимнее время предпочитают ловлю хищника ловле белой рыбы. Основными объектами ловли являются судак, щука и отчасти налим. Крупный окунь изредка попадается на мелкого живца по перволедью, но чаще лишь сбивает его, зажигая при этом флажок. Ввиду малой активности из-за резкой смены окружающей обстановки зимой окуни более успешно ловятся на мормышку с мотылем или на зимнюю небольшую блесну.
Некоторым людям со стороны покажется, что ловля на зимние жерлицы малоспортивный способ. Подумаешь, расставил снасти и сиди себе где-нибудь поблизости, потряхивая мормышкой или вперив свой взгляд на поплавочные удочки. Зачастую именно так и происходит, особенно по перволедью и в конце зимнего сезона, когда активный хищник большей частью рыщет по водоему и сам находит предложенного ему живца. Но в глухозимье такое ожидание никуда HI годится, ибо ленивый рыболов может в результате подобного сидения записать в свой актив баранку, то есть ноль. Целеустремленный, ищущий рыбак даже в периоды бесклевья редко уезжает домой с пустыми руками. Он беспрестанно